lion_rat (lion_rat) wrote,
lion_rat
lion_rat

Categories:

Великое и вредное заблуждение об упадке человечества

В нынешнее время весьма распространена точка зрения о том, что древние цивилизации были более развитыми, чем современная. Свидетельствами в её пользу любят объявлять, например, мегалитические сооружения вроде Великой пирамиды, назначение которых непонятно, а способ строительства толком неизвестен и представляется превосходящим возможности примитивных людей, а то и современных строителей. Из этого делается вывод, что строители были вовсе не примитивными, а назначение постройки находится за пределами понимания современных людей.

Ещё один аргумент - весьма сложные философские и религиозные системы, эзотерические учения и практики, в которых можно найти цитаты, словно бы предвосхищающие новейшие достижения современной науки. Например, Дэвид Бом разрабатывает свою голографическую модель Вселенной, а нейрофизиолог Карл Прибрам, вдохновляясь ею, пишет о том, что работа человеческого мозга основывается на принципах голографии. Тут как тут объявляется сторонник какой-нибудь там Великой Ведической Цивилизации Прошлого и злорадствует: "Ха, да об этом ещё ископаемый чувак Платон писал 2400 лет назад в своей аллегории пещеры. А до него - индуисты и буддисты, с их Нирваной и Сансарой. Древние мудрецы лучше разбирались в устройстве мира, чем современные учёные, и, значит, древняя цивилизация была более развитой, чем нынешняя."

Всё это, в свою очередь, укладывается в распространённое представление о том, что развития, по сути, не существует, а есть только постоянная деградация некоего исходного идеального образца божественного происхождения, которое закончится неминуемой катастрофой. Цивилизации не развиваются - они только приходят в упадок, и каждая следующая хуже предыдущей. Человек не развивается - от подобного богам создания он скатывается во всё более низменное звероподобное состояние. Наука и техника не развиваются - древние в этом разбирались лучше, чем современные учёные и инженеры. Впереди людей ждёт только упадок и ужасы - то Восстание Машин, то гибель цивилизации в катастрофе, то истребление бездушными безжалостными постчеловеками. Избежать этого невозможно, спастись в лучшем случае сможет лишь горстка избранных, да и то, чтобы повторить всё то же самое в следующем цикле. И так далее, и тому подобное.

В основе лежит, по-видимому, религиозная эсхатология. У христиан созданное по образу и подобию Бога человечество движется от Изгнания из Рая до Страшного Суда, будучи при этом грешным, один раз едва избежавшим заслуженного уничтожения, в последние времена оно присягнёт Антихристу, а спасутся и пребудут в Царствии Небесном лишь 144 тысячи. У древнегреков был Золотой век, последовательно сменявшийся всё более худшими веками. У индусов - четыре эпохи, меняющиеся от лучших к худшим.

В прошлом люди поклонялись и подчинялись своим предкам. Слово родителей и старейшин было законом, традиции и опыт предшествующих поколений были залогом выживания, новаторство не приветствовалось. Чем длиннее родословная и круче предки, тем лучше считался человек - и, стало быть, выгодно было считать себя пусть и измельчавшим (ведь старшие в почёте, они умнее и сильнее!), но зато потомком древних героев. Потом авторитет старины изрядно поубавился, новаторство, напротив, стало популярным, и теперь правильным считается жить нынешним днём, его заботами и потребностями. Приоритет сегодня за настоящим временем. Прошлое изображается как время грязное и жестокое ("контрмодерн"), будущее изображается мрачным и неуютным ("постмодерн" с его "high tech, low life", технократией и прочими ужасами). В дальнейшем приоритет, несомненно, опять сместится, теперь уже в сторону будущего. Главным станет желание сделать будущее лучше, чем настоящее, хорошо подготовить мир для своих потомков, попытаться построить как можно более точные прогнозы. Если вчера поклонялись великим предкам, сегодня поклоняются успешным людям, то завтра в почёте окажутся дети, как будущее человечества, и женщины, как те, кто физически создаёт это будущее, и у кого в плане развития всё ещё только начинается. Однако пережитки поклонения предкам до сих пор ещё сильны, и находят своё выражение в этой самой уверенности в том, что прошлое было лучше настоящего, а будущее станет ещё хуже.

Ещё одна причина упаднического взгляда на историю - это следующий приём: люди помещают свои идеалы и мечты о будущем в прошлое, чтобы тем самым их поддержать и оправдать. Например, кто-то мечтает о Великой России, которая в будущем нагнёт весь мир. Но обосновать свою мечту не очень-то получается. Тогда он придумывает Великую Тартарию, ну или Русь-Орду, и тем самым как бы говорит: "Смотрите! Да ведь это уже было однажды, и значит, это возможно! Ничего придумывать не надо, только возродить и повторить!" Есть мнение, что и античный период истории является выдумкой такого же рода - чтобы приучить вчерашних феодалов к прогрессивным порядкам, идеологи социальной революции в Европе приписали эти порядки якобы существовавшим некогда великим предкам. Мол, смотрите, всякие Цезари и Катоны жили так, как мы вам предлагаем жить - и ничего, правили миром будь здоров! Ну или какой-нибудь нынешний идеалист придумывает свой идеальный мир, а затем начинает всем доказывать, что древние так и жили, и, значит, идеальный мир возможен, достаточно только возродить "старые" порядки... Результат такого подлога с отнесением идеалов в прошлое хорош в краткосрочной перспективе - консерваторы ведутся на обман и перестраивают свою жизнь на новый, лучший лад, думая, что возвращаются к корням. Но, к сожалению, это ведёт к искажению картины мира - ведь достигнутый прогресс при таком раскладе выглядит не достижением современности, а всего лишь восстановлением далёкого прошлого, которое, стало быть, современность превосходило, и после которого случился упадок. Прошлое представляется сплошь населёнными выдающимися мужами, великими мыслителями и героями, империями на полмира и тому подобным, по сравнению с которым современность кажется бледной. Ну так это и неудивительно, если прошлое оказывается свалкой мечтаний о прекрасном будущем, которые переместили в прошлое.

И, наконец, адепты упадка - это люди, которые то ли не хотят, то ли не могут заниматься проектированием и воплощением Светлого Будущего. Они или сами себе придумали страшного ужасного монстра, который губит всё прекрасное и неминуемо ведёт к катастрофе, или кто-то другой их напугал. И вот, наслушавшись про Сатану, Рептилоидов, Порочную Природу Человека, Большого Брата или ZOG, разочаровавшись во всём и во всех, не веря в себя и в других, они не находят ничего лучшего как ныть о неизбежном падении отдельно взятой страны или всего мира.

И это очень плохо, потому что вера в упадок в итоге и ведёт к реальному упадку - не только потому, что он становится желаемым для адепта (ведь иначе окажется, что он ошибался в своих прогнозах!), и что люди ничего не делают, чтобы его предотвратить и сделать мир лучше, но и потому, что верующие в упадок всячески стремятся обратить в свою веру других.

Это было большое отступление, призванное показать, в каком контексте идёт разговор про Великие Цивилизации Прошлого, Эзотерические Знания и Высокотехнологичные Пирамиды. К какому злу приводит уверенность в том, что пирамиду построила цивилизация, уровень развития которой был выше современной. А вот и объяснение того, откуда появляется это самое вводящее в заблуждение несоответствие между низким уровнем развития цивилизаций в прошлом и выдающимися достижениями их строителей и мудрецов. Виктор Лещиков написал, на мой взгляд, великолепный текст, проливающий свет на это самое несоответствие. Ну, как так получилось, что дикари, не умевшие брать интегралы и не знавшие туалетной бумаги, однако ухитрялись строить пирамиды и сочинять всякие Махабхараты и йоги.


Великотворщик, изобретатель и первооткрыватель
12 дек в 21:18

ТРИ ШКОЛЫ-НАУКИ: ПРОШЛАЯ, НАСТОЯЩАЯ, БУДУЩАЯ

чтение книги Петра Успенского "В поисках чудесного" о его ученичестве у Георгия Гурджиева, просмотр фильма Питера Брука "Встречи с замечательными людьми" по одноимённой автобиографической книге самого Георгия Гурджиева, а также только что вышедшая третья часть документального фильма "Последний звонок" о кризисе современного образования Константина Сёмина, взятые вместе, навели меня на мысли о направлении развития общественных форм образования и науки

Гурджиев представляет основы развитой азиатской научно-образовательной традиции от Кавказа до Индии, от Индии до Египта, от Египта до Кавказа; поскольку пояс передового развития цивилизации проходил нынешние территории расселения арабов и тюрков раньше, чем — европейцев и славян, то познание и образование у них развивались и достигли успехов раньше, но в таких формах, которые приносили результаты в условиях феодализма и соответствующего технологического уровня; дальше арабо-тюркский геоклиматический пояс с одной стороны начал приходить в упадок из-за внутренних причин достижения своего климатического потолка развития, с другой стороны он подвергся внешнему природному влиянию катастрофической перемены климата, а с третьей стороны более северные соседи от копирования среднеазиатских и средиземноморских достижений перешли к собственному передовому развитию и начали строить у себя цивилизацию более технологичную, более гуманную, более результативную; однако собственное развитие азиатской научно-образовательной традиции, судя по всему, не прекратилось, оно продолжалось, просто новая европейская научная традиция имела более мощные количественные характеристики: она вбирала в себя больше последователей, охватывала больше тематик, давала больше приложений экономике, и ушла в отрыв от своего медленного азиатского предка, иногда забывая о его существовании, а иногда презрительно называя его "религией"

Гурджиев же, говоря о происхождении его знаний о человеке и о вселенной, пытается донести до своих русских учеников, что внутри всех азиатских религиозных институтов действуют "школы", по сути являющиеся научно-образовательными учреждениями и в европейском смысле тоже: это просто более старая наука со своими особенностями, которая кое-что открыла раньше, чем европейская, кое-что до сих пор (на начало ХХ-го века) понимает правильнее, чем европейская, и в общем-то через всякие "древнегреческие тексты" она в своё время питала становление науки европейской; но есть и принципиальные различия, не позволяющие этим двум традициям первичного открытия знаний и вторичной передачи знаний ученикам смешаться, объединиться — у них всё-таки разные подходы к познанию и к обучению

эти различия Гурджиев также подчёркивает в самых первых своих лекциях, чтобы ученики сразу для себя решили, подходит ли им это или нет; главная идея состоит в том, что азиатская традиция очень-очень сильно сосредоточена на внутренней подготовке ученика или учёного к познанию, она категорически утверждает, что только тщательнейшим образом "обработанный" человек может надеяться хоть что-то правильно понять об окружающем мире, а также правильно понять уже известное его учителю знание — если он сам не готов, то ничего нового не откроет и даже известное не поймёт или того хуже исказит; этот приоритет запечатлён в формуле "субъективное сознание постигает субъективные истины, объективное сознание постигает объективные истины" — таким образом, стремящийся к объективным истинам человек должен сперва стремиться к выработке у себя "объективного сознания", и предметные знания о мире ему можно давать лишь в той степени, в которой он продвинулся в объективизации своего сознания

легко заметить, что европейская наука основывается на радикально ином положении: что научная методология познания одинаково хорошо работает независимо от личных качеств учёного или ученика; то есть люди с неподготовленным, произвольным "субъективным сознанием" берут объективную методологию и получают с её помощью объективные знания или применяют их, создавая или используя технологии — засчёт этого они стремительно обгоняют азиатскую науку в практических военно-экономических достижениях

но очень интересно посмотреть на это европейское "ответвление" из глаз успешного воспитанника азиатской научной традиции! ведь у него, во-первых, изначально просто лучшая научная картина мира, поскольку новая методология в руках недоразвитых плебеев, так сказать, только ещё начинает переоткрывать и распространять своим путём то, что "настоящим образованным людям" давно известно — у него есть все фактические основания смотреть на них свысока, во-вторых, согласно его методологии приоритет отдаётся обработке человека перед его допуском к знаниям — в европейской науке и школе он видит и грубое нарушение этого принципа, и все негативные последствия оного: ученики действительно сплошь и рядом не понимают или искажают то, что им объясняют учителя! но их страхует массовое обучение письменности для ведения конспектов и книгопечатание, а также широта самой доступности знаний — для дела можно выбирать лучших учеников, которые даже в таких условиях всё поняли правильно

тем не менее для успешного выпускника азиатской традиции нарождающаяся европейская традиция выглядит именно что наглядным осуществлением всего дурного, о чём его предостерегали, и чего он многими трудами избежал: невежественные псевдоучёные безнадёжным способом учат ничего так и не усваивающих в итоге учеников — если подойти с жёсткой требовательностью азиатской школы, то всё ровно так и выглядит

соответственно, выпускнику азиатской школы при всём желании очень трудно принимать европейцев всерьёз — причём, даже после того, как они изобрели и понастроили пароходов-паровозов, а их армии воюют на территории Ближнего Востока и делят тот же Египет между собой... но в глазах местной учёной элиты они продолжат оставаться дикарями, только дикарями особо опасными, конечно; впрочем, тут пригождается ещё и разное ощущение исторического времени: азиатская традиция заточена передавать знания через поколения, обслуживать технологии ремесленных династий феодализма, тогда как европейская традиция обслуживает технологии прижизненных карьеристов капитализма или социализма — так что европейцы со всеми своими пушками и кораблями кажутся азиатам неизбывными временщиками, тогда как европейцам, наоборот, относительно плевать на историческую долготу, они сражаются за несколько ближайших десятилетий личной карьеры каждого из них; поэтому азиатский учёный запросто может не придавать значения и самым наглядным свидетельствам успехов европейского подхода

для примера пресловутые алхимия, астрология, акупунктура в европейской науке переоткрываются и обосновываются только сейчас, а азиатской наукой они были открыты и обоснованы когда? и какое невменяемое отторжение они вызывали (и ещё вызывают) у европейской науки только потому, что её методология, как оказалось, способна сама открыть и объяснить эти явления только на поздних стадиях своего развития, в то время как в азиатской науке эти знания лежали готовыми и прекрасно передавались и обосновывались; массовые пользователи европейской науки были вынуждены веками не уметь получать вещества с "нанотехнологическими", как бы сейчас сказали, свойствами, иметь самые вздорные представления о ходе общественной истории как независимой от Солнечной системы, не уметь профилактически настраивать свой организм только потому, что их наука их способом ещё не могла до этого дойти (при этом она в небывалых подробностях смогла открыть что-то другое, конечно), а от азиатского способа первоначальной длительной подготовки сознания каждого ученика они были отлучены в некотором смысле по определению: азиатские школы при всём желании из-за тяжеловесности и гиперответственности своего метода не могут потянуть количества учащихся европейских школ

для наглядности упомяну рассказ Гурджиева о том, что современные восточно-христианские церковные обряды являются утратившим своё содержание внешним подражанием учебным занятиям в "школе повторения", которая работала в Древнем Египте до того, как его засыпало песками; желавшие обучиться люди, собирались в "храме", где под руководством учителя хором повторяли-заучивали тексты по различным наукам, и после прохождения курса шли дальше по своим делам, так сказать — то есть весь смысл "школ повторения" был в том, чтобы помочь каждому ученику твёрдо заучить на память тексты с предметными знаниями, ведь сколько-нибудь массовая школа в то время не могла основываться на письменности — любые письменные тексты не даром считались "священными", т.е. требующими очень бережного обращения, и работать с ними умели только учителя такой школы; а после упадка в публичных храмах началась, скорее, идеологическая религиозная (в привычном нам смысле) обработка населения, а "школы повторения" ушли на глубину

(сходство с переходом от советской школы к — постсоветской потрясающее: то требовательное к рациональности обучение, которое в советской школе давалось всем, в постсоветской школе остаётся только в элитных местах, массовая же школа превращается в чисто политически мотивированное промывание мозгов, отчего прекрасно сращивается с той же официальной религиозностью, являющейся, по сути, таким же плодом такой же деградации нормальной школы на предыдущем историческом витке)

хорошо видно, что азиатская традиция сформировалась такой, потому что давала результат в специфических социальных условиях своего феодального времени: попробуйте открыть курсы по астрономии и нанотехнологиям среди афганских крестьян, пастухов и разбойников, например? чтобы на выходе у вас осталось хоть сколько-нибудь настоящих специалистов, вам придётся сначала принять только тех, кто согласится, что их будут муштровать, потом оставить только тех, кого удалось вымуштровать, а выпустятся только те из вымуштрованных, кто разберётся в предмете (грубо говоря — "вымуштровать" вообще не самое подходящее слово); при этом у вас изначальный приём в школу маленький! только невероятно интенсивная обработка ученика позволит такой школе воспроизводиться через поколения, не теряя качества владения знаниями — так что выжили только те, кто следовал принципу: сначала избавься от "субъективного сознания", только потом получишь "объективную истину"; этот подход теснейшим образом связан с маленькой первоначальной выборкой учеников, общей тяжелой социально-экономической обстановкой вокруг школы и необходимостью надёжно передавать знания через поколения

европейская традиция потому и является жизнеспособной альтернативой, а не просто ересью и порчей "единственно верного азиатского пути", что она не просто изменила методологию познания и образования, допуская все негативные эффекты, но она изменила и окружающие условия: вместо интенсивной работы с малым числом учеников она неуклонно расширяла доступность знаний ученикам (пусть и поверхностную), а приоритету передачи знаний через поколения она предпочла приоритет экономической отдачи от применения знаний для улучшения социально-экономической обстановки вокруг школы и учеников в том числе; европейская наука и европейская школа сделали знание фактором улучшения жизни масс здесь и сейчас, фактором повышения бытовой культуры масс, из-за чего можно было снижать требования к внутрешкольной дисциплине, и всё равно получать на выходе достаточное количество правильно понимающих и способных к открытиям объективной истины учеников; хотя в плане "владения собой" они, конечно, будут поголовно уступать азиатским "монахам"

и вот здесь самый интересный момент — это представление школы будущего, которую можем создать мы; главная мысль, ради которой я выстраиваю эту линию и пытаюсь понять азиатскую традицию — это возможность преодолеть в самом себе высокомерие и стереотипные ожидания человека, выросшего в традиции европейской: потому что будетлянская школа особенно на первых порах будет выглядеть для европейски успешного учёного именно таким бессмысленным невежественным вертепом, как я попробовал описать европейскую школу глазами успешного выпускника азиатской традиции; проще говоря, требование сидеть за партой и отвечать по указанию учителя, соблюдать расписание уроков и делать домашнее задание — все эти "духовные практики" предков должны казаться таким же "подвижничеством", как "изуверские" монашеские послушания по смирению плоти и развитию концентрации; и тем не менее будетлянская школа окажется ещё мощнее европейской — засчёт дополнительной широты и ещё более стремительного влияния на социально-экономические условия

если теперь сравнить советскую и постсоветскую школы (или науки), то можно сказать, что мы наблюдаем расщепление единой традиции на "экзотерическую" (массовую, вырождающуюся в дремучую мозгомойку) и "эзотерическую" (элитную, продолжающую держать уровень), каковое расщепление, по-видимому, уже бывало в истории с предыдущими видами школ — например, с устной древнеегипетской "школой повторения", если верить Гурджиеву; но этот кризис означает скорое появление обновлённой школьно-научной традиции ещё более широкой, ещё менее требовательной к участнику во время обучения, ещё более решительно преобразующей сиюминутную жизнь и менее нацеленной на долговременную передачу знаний в неизменном виде (и более нацеленной на замещение старых знаний улучшенными и новыми при жизни одного поколения), и засчёт этого в итоге дающей более высокий уровень просвещённости и могущества людям, постепенно навёрстывая своим новым способом все успехи прошлых традиций, упорно не принимающих из-за своих стереотипов эту новую традицию всерьёз

первые будетляне первыми же от этих (европейских в первую очередь) стереотипов должны избавиться, иначе мы не сможем даже вообразить себе целевой образ того, что нужно организовать, и нам всё время будет хотеться организовать что-то более навороченное для стартовой широты и стремительности, чем окажется достаточно исторически; словом, чтобы превзойти европейскую (а также и азиатскую) школу и науку, не надо пытаться создать нечто такое, что сразу будет не хуже них — надо создать то, что сразу будет хуже них, но устроено по таким принципам, которые со временем (исторически небольшим, поскольку будетляне мыслят себя в ещё более сжатом историческом времени) обеспечат обгон и превосходство



Итак, подводя итог: наука далёкого прошлого была очень элитарной и замкнутой сама на себя. По совершенно естественной причине - поскольку тогдашний средний уровень потенциальных учеников был удручающе низок, то приходилось отбирать совсем уж уникумов, с превосходными природными задатками, а потом очень долго их готовить физически и психологически, чтобы они смогли хоть что-то понять в столь тонких материях, как устройство мироздания. И эти уникумы потом не могли поделиться своими знаниями практически ни с кем за пределами весьма узкого круга себе подобных - их бы просто не поняли. При этом в плане психического и физического развития такой мудрец мог быть на две головы выше современного учёного, и если уж что-то брался изучать, то с такой самоотдачей, что и результаты получались отменные. Возможно, специфическая подготовка приводила и к тому, что они начинали изучать мир с иной стороны, чем современные учёные, поэтому могли знать ещё в древности нечто такое, до чего современная наука ещё не дошла просто потому, что пока этим не занималась.

Но! Из-за малочисленности, элитарности и замкнутости вся эта учёная братия исследовала только малое количество областей знания, а их открытия очень мало отражались на жизни цивилизации и плохо сохранились в веках. Вот эти-то граждане и сочиняли Махабхараты и, может быть, заказывали себе пирамиды для таких целей, о которых сегодня люди пока ещё и не подозревают. А обсчитывали всё это не компьютеры, а какие-нибудь полусумасшедшие, которых хорошо стукнули по нужному месту молотком (знаменитые дырки в древних черепах со следами хирургического вмешательства?), чтобы те могли быстро считать в уме миллионами, как случается и сегодня. Но эти их выдающиеся задумки воплощались посреди примитивного мира и примитивными же средствами, и оставались отдельными элитарными "вещами в себе", которые никаким боком не годились как индикатор уровня развития породившей их цивилизации в целом.

На том "монахи" и погорели - следующая ступень развития науки понизила требования к учёному в плане психики и физкультуры, и сделала науку гораздо более массовой, охватывающей гораздо больше областей знания, и намного сильнее влияющей на уровень развития цивилизации. Следующая ступень развития ещё понизит требования к желающим учиться и познавать мир - теперь уже они будут выглядеть отребьем в глазах современных учёных, как эти учёные воспринимались элитариями-"монахами", но за счёт широты охвата всевозможных тем и близости к жизни народной эта наука третьего поколения в итоге уделает и академиков, и йогов, а затем вторгнется и на их хорошо разработанные поляны и превзойдёт их и там тоже.
Tags: Забытая история, Забытое будущее, Неакадемические исследования, Освобождение примером, Смелость
Subscribe

  • Девочки и пушки

    Как известно, женщины давно и успешно осваивают профессии, которые считались или до сих пор считаются чисто мужскими. Похоже что теперь очередь дошла…

  • Когда пишут историю войн - логика страдает.

    Как известно, сомнения в описаниях войн прошлого у людей возникают, когда они начинают задавать очевидные, в общем-то, вопросы, которые, однако,…

  • "Брат-1" как пропаганда

    Когда я был намного моложе и зеленее, фильмы вроде этого заходили на ура. Потом стало не до них, и вообще не до кино. Однако со временем приходит…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments